В поисках слабости. О парадоксах и логике воздержания

В поисках слабости. О парадоксах и логике воздержания

Наступивший Рождественский пост не все даже и заметили – на работе – пора отчётов, в магазинах – блеск и роскошество новогодних витрин, в голове – заботы по организации семейных рождественских каникул. Тем не менее пост – это великий дар, когда мы можем обрести самое главное.

А зачем мне это надо?

Пост – это всегда особое время в жизни Церкви в целом и каждого христианина в частности. Но когда человек уже много лет в Церкви и давно живёт по традиционному уставу, то, может быть, он даже не задумывается, в чём конкретно особенность этого времени и что именно этот период для него значит. Всё как будто просто течёт своим чередом, в обычном понимании того, что существует время, когда употребляется другая еда, может быть, более часто посещается храм для участия в Таинствах, может быть, больше времени отводится чтению и молитве – это уж кто к чему привык, кто как воспитан в том или ином приходе. Но бывают периоды в жизни, когда основы того, что ты делал много лет не задумываясь, потому что «так положено», «так правильно», «так завещали Отцы и постановила Церковь», вдруг начинают прогибаться под тяжестью вопросов: а я-то для чего это делаю? Что это даёт мне? Не всем чадам Матери-Церкви, а мне лично? Чего я хочу для себя от этого наступающего поста? И
даже, может быть, чего Бог хочет от меня и/или для меня? И тогда приходится проводить ревизию. Хочешь-не хочешь, а иначе уже просто не можешь – слишком сильно будоражит сознание потребность в смысле сущего.

Форма чемпиона

С одной стороны, конечно, и в том, что пост воспринимается как нечто привычное и будничное, тоже есть особый смысл. Всё-таки пост – это хоть и важное средство, важный способ христианского делания (а именно этим словом называется вся система, весь комплекс трудов
христианина), но это именно средство, а не цель жизни верующего человека. Как, скажем, спортсмен время от времени погружается в более напряжённые тренировки и воспринимает их как нечто само собой разумеющееся для достижения самой главной цели – победы в соревнованиях, так и христианин должен время от времени особо работать над собой, своего рода тренировать себя, воспринимая это опять же как само собою разумеющееся, для достижения своей главной цели. И здесь можно задать два вопроса: во-первых, а почему человек вообще должен себя тренировать, почему он не автоматически натренирован, и, во-вторых, что для христианина победа, какая конечная цель этих тренировок?
И вот оказывается, что у большого числа верующих христиан нет чёткого ответа на эти важные вопросы. Действительно, кто-то считает, что не важно вообще, в какой ты форме, главное – просто договориться с Главным Судьёй соревнований (подразумевается Бог), и «золотая медаль» у тебя в кармане! Кто-то считает, что достаточно помечтать о том, что ты чемпион, и ты им являешься (вспомним принцип «Бог в душе»), но ведь если человек реально посмотрит на себя, то он увидит, что ничего чемпионского в нём нет, его форма оставляет желать лучшего. Из этого и проистекает православное желание измениться, покаяние (греч. «метанойя» – «перемена ума»)
как принцип жизни.

Ещё раз о любви

А, собственно, по какому критерию человек себя должен оценивать? Очевидно, как существо, сотворённое Богом, Который есть Любовь, по Его образу и подобию, человек таким критерием должен иметь именно любовь. Любовь – это то, что я делаю, исходя не из своего собственного блага, не из своей собственной выгоды, не для себя, а ради другого. А сколько я в жизни делаю не для себя? Ведь даже то, что я, казалось бы, делаю для кого-то, очень часто оказывается не совсем бескорыстным. И как сложно преодолевать собственный эгоизм. Почему и требуется усилие, почему и требуется пост, почему и важной составляющей поста являются дела милосердия.
Кроме того, любовь ведь не может быть дана как нечто готовое, любовь – это всегда твой труд, твоё решение, к которому надо прийти, вот почему человек и не может быть создан Богом сразу автоматически натренированным.

Долой власть тела!

Есть и ещё одна необходимость поста, которая следует из одного важного наблюдения за человеком: согласно христианской антропологии, человек создается Богом трёхсоставным, у него
три уровня существования – духовный, душевный и телесный. Очевидно, что существует определённая иерархичность этих трёх составляющих человеческой природы. По замыслу Творца,
ведущими у человека должны быть духовные потребности, чтобы дух управлял душой, а душа – телом. Если же мы обратим внимание на современное состояние человека, то окажется, что чаще всего преимущественно забота о теле является главной мотивацией, главным смыслом жизни человека. Действительно, если мы сравним, сколько человек тратит времени и сил на нужды тела, сколько его мыслей посвящены заботе о телесном комфорте и сколько человек молится, то есть исходит из блага своего духа, то увидим, что именно тело захватило власть в человеческой природе. Церковь говорит о том, что такое искажённое состояние человека является результатом
грехопадения. Соответственно, и пост – это попытка вернуться к правильному положению вещей. То есть когда наше тело пытается заявить о своих притязаниях, мы должны указать ему на
причитающееся ему третье место, исходя из приоритета нашего духа. Поэтому акцент поста – ещё и на сугубой молитве. Если мы всё внимание перебросим исключительно на отказ от скоромной
пищи и будем пытаться из постных продуктов создавать какие-нибудь кулинарные шедевры, мы вряд ли будем следовать логике поста.

Сила – в немощи

Ну и наконец, о цели христианского делания, и поста в частности. Вот здесь мы и сталкиваемся с главным парадоксом. Если атлет через тренировки приходит всё к новым и новым своим совершенствам, то христианин, наоборот, – всё более и более обнаруживает своё несовершенство, свою слабость. Как говорит об этом преподобный Симеон Новый Богослов: «Тщательное исполнение заповедей Христовых научает человека его немощи», то есть открывает, показывает ему подлинную печальную картину того, что находится в его душе и что там происходит. Но ведь только видящий себя погибающим нуждается в Спасителе; «здоровым» Христос не нужен. Поэтому-то и преподобный Исаак Сирин говорит об этом ещё более определённо: «Воздаяние бывает… не добродетели и не труду ради неё, но рождающемуся от них смирению. Если же оно будет утрачено,
то первые будут напрасны». Последнее высказывание открывает собой ещё один важный аспект в понимании духовной жизни и её законов; не добродетели сами по себе и не труды приносят
человеку благо Царствия Божия, которое внутри нас есть (Лк. 17, 22), но проистекающее из них смирение. Если не приобретается смирение, бесплодны и бессмысленны все труды и добродетели.
И коль скоро главный смысл именно Рождественского поста – это подготовка человека к празднику Рождества Христова, то, вспомнив все обстоятельства этого важного для нас события, может быть, нам стоит взять на этот пост себе задачу учиться смиряться, принимать себя в слабости, учиться смотреть на себя Его глазами – Его, Который Сам был таким же слабым и беспомощным, Который может нас и в этом понять и Который совершенно точно нас даже таких любит!

Календарь поста

Рождественский пост – последний многодневный пост в году. Он начинается 15 (28 по новому стилю) ноября и продолжается до 25 декабря (7 января), длится сорок дней и потому именуется
в Церковном уставе Четыредесятницей, так же, как и Великий пост. Так как заговенье на пост приходится на день памяти святого апостола Филиппа (14 ноября старого стиля), то этот пост еще называют Филипповым.

Добавить комментарий

четыре × два =